БАЛЬМОНТ Константин Дмитриевич
(3.6.1867, Гумнищи, Шуйский у., Влади-
мирская губ. - 24.12.1942, Нуази-ле-Гран,
близ Парижа) - поэт, переводчик, эссеист. Ро-
дился в помещичьей семье: отец его был зем-
ским деятелем в Шуе. Б. учился в гимназии в
Шуе и Владимире, на юридическом факультете
Московского университета (1886-88), был ис-
ключен за участие в <студенческих бес-
порядках>. Первые стихотворения напечатал в
18 85 в петербургском журнале <Живописное
обозрение>. Первую книгу <Сборник стихо-
творений> издал на собственные средства в
1890 в Ярославле. Поэтические сборники <В
безбрежности> (М., 1895), <Тишина> (М.,
1898), <Горящие здания> (М., 1900), <Будем
как солнце>, <Только любовь> (оба - М.,
1903), <Литургия красоты> (М., 1905) и др.
выдвинули Б. в ряд корифеев русского симво-
лизма. За ними последовало <Полное собрание
стихов> Б, в 10-ти тт. (1907-14). Его поэзия
получала высочайшие оценки критики, <То бы-
ло время, когда над русской поэзией восходи-
ло солнце поэзии Бальмонта, - отзывался о
его поэтическом даре и мастерстве В.Брюсов.
- В ярких лучах этого восхода затерялись едва
ли не все другие светила. Думами всех, кто
действительно любил поэзию, овладел Баль-
монт и всех влюбил в свой звонкопевучий
стих>.
Б. переводил также классику всемирной по-
эзии. Начиная с 1892 совершил многочислен-
ные путешествия, их результатом явились кни-
ги <Зовы древности> (М., 1908) - переводы
древних преданий и мифов, <Змеиные цветы>
- очерки о Мексике (М,, 1910), <Край
Озириса: Египетские очерки> (М., 1914) и др.
Переводил Шелли, Кальдерона, Эдгара По,
Уайльда, Уитмена и др. поэтов Европы и
Америки. Автор первого полного перевода на
русский язык <Витязя в тигровой шкуре> Шота
Руставели; одним из лучших признан его
перевод <Слова о полку Игореве>.
С 1905 находился под воздействием
революционных настроений, обличал само-
державие, вынужден был эмигрировать; в
Париже в 1907 издал сборник <Песни мстите-
ля>. В феврале 1917 приветствовал револю-
цию, как <очистительную силу>: написал гимн
<Да здравствует Россия, свободная страна!>, но
уже в мае заявил, что отказывается от
прежних <мстительных призывов>. Свои убеж-
дения выразил в книге <Революционер я или
нет?> (М., 1918): <Революция хороша, когда
она сбрасывает гнет. Но не революциями, а
эволюцией жив человек... Жизни нет там, где
грозы происходят беспрерывно>.
Испытал лишения и невзгоды послереволю-
ционных лет в подмосковном местечке Ново-
Гиреево, где он <голодал и холодал>. Описал те
дни в очерках-воспоминаниях, вошедших в кни-
гу <Где мой дом?> (Прага, 1924), в статьях, в
лекции <О пережитом при большевиках>, с ко-
торой он выступил в Париже в 1921.
Покинул Россию 25.6.1920, получив
разрешение выехать во Францию на полгода,
но в Россию не возвратился. Жил в окрестно-
стях Парижа и в Бретани, на Атлантическом
побережье,
Как поэт и человек Б. оказался на чужбине
фигурой трагической: <Я живу среди чужих>.
<Мне душно от того воздуха, которым дышат
изгнанники>, <Я никому не нужен>. <Я ушел из
тюрьмы, уехав из Советской России... Зачем бы
я вернулся? Чтобы снова молчать как писа-
тель?... Но нет дня, когда бы я не тосковал о
России, нет часа, когда бы я не порывался
вернуться>. В сборнике стихов <Марево>
(Париж, 1922) выражено смятение и подав-
ленность, глубокое чувство отчаяния: <Мутное
марево, чертово варево, кухня бесовская в то-
пи болот>. <Волчье время - с ноября до
февраля. Ты растерзана, родимая земля. Волко-
лаки и вампиры по тебе ходят с воем... Их
дорога - трупы, трупы, дым и дым>. Мрачны
были и предсказания судьбы России: <Великая
держава, / Где твое величье?/ Упившись в ди-
ком пире. / Проснешься - вновь в цепях>,
С течением времени, по мере того, как ути-
хала боль души, менялась тональность стихо-
творений Б. <Ощутив веяние новых созвучий в
душе, я начинал обратный путь домой, - в Рос-
сию, в правду, в красоту>, - писал поэт. То же
чувство он выражал в стихотворении <Уйти ту-
да>: <Уйти туда, где бьются струи. В знакомый
брег, / где знал впервые поцелуи / и первый
снег... / Уйти туда хоть на мгновенье, / Хотя
мечтой>. Название сборника стихов <Мое - Ей>
(Прага, 1924) звучит как послание поэта своей
стране, выражение гордости за нее: <Мой край,
в покров весны одет, / Другого счастья в мире
нет> (<Россия>). Г.Струве, близко знавший поэ-
та и много о нем писавший, озаглавил рецензию
на сборник <В раздвинутой дали> - <Бальмонт
- певец России>. Поэт сохранил и воспевал не-
укротимую любовь и привязанность к родной
земле, ее лесам, запечатлевшимся на век
просторам: <Пойти по косогору, / рекою много-
водной. / Молиться водам, бору, / земле ни с
чем несходной> (<Хочу>).
В зарубежье вышло более десятка поэтиче-
ских сборников Б. Они издавались в Париже
(<Светлый час: избранные стихи> и <Дар зем-
ле>, 1921), в Стокгольме (<Гамаюн>, 1921), в
Праге (<Мое - Ей>, 1924), в Чураевке, США
(<Голубая подкова: Стихи о Сибири>, 1916-
1928, 1936), в Берлине (<Сонеты солнца, меда
и луны>, 1921), в Харбине (<Светослужение>,
1937). Печатался в журналах, газетах, альма-
нахах - <Современные записки>, <Россия>,
<Грани>, <Сполохи>, <Числа>, <Воля России>,
<Перезвоны>.
Критики отмечали много слабого из того,
что он печатал, Г.Струве указывал на <отсутст-
вие чувства меры и многописание>, но все же
считал, что <лучшие стихи Бальмонта этого
периода стоят на том же уровне, что и те, ко-
торые когда-то пленяли читателей на заре
второго золотого века русской поэзии>. <Ни
своего дара песни, ни своего мастерства Баль-
монт в эмиграции не утратил>.
Б. во многом оставался художником-симво-
листом, его поэтическая речь <осталась тем же,
чем была в эпоху, когда символизм нераздельно
царствовал в русской поэзии>, подчеркивал
Г.Струве. Стихотворения из сборника <Гамаюн>
- <Хлопья тумана>, <Зарево мгновений>, <Су-
мерки> передают тихое любование красотой,
тонкие нюансы чувств, налет грусти, Символич-
ны названия стихотворений <Цветочный звон>,
<Полночь в цветке> (<Дар земле>).
В эмиграции Б. продолжал и переводческую
деятельность, выпустил в новых изданиях кни-
ги <Из мировой поэзии> (Берлин, 1921), <Зовы
древности> (там же, 1923), дополнив их
переводами древнегреческой лирики, японской
древней поэзии, фольклорных памятников
Океании. Посетив Болгарию в 1929, он создал
сборник <Золотой сноп болгарской поэзии:
Народные песни> (София, 1930). Творческие
контакты Б. поддерживал с поэтами Польши,
Чехии. В его переводе вышли <Книга
смиренных> Яна Каспровича (Варшава, 1928);
<Стихотворения> Ярослава Вхрлицкого (Прага,
1928). Давние дружеские связи с литовскими
поэтами Людасом Гирой, Балтрушайтисом и но-
вые поездки в Литву завершились изданием
сборника <Северное сияние. Стихи о России и
Литве> (Париж, 1931). Многочисленные
переводы Б. печатал в еженедельнике <Россия
и славянство> - <Болгарские песни>, поэзия
Ярослава Ивашкевича (1930). Выступал как по-
пуляризатор славянской поэзии и культуры.
Отмечая заслуги Б. в переводах чешских поэ-
тов, Чешская Академия наук и культуры
избрала его в 1930 своим членом-корреспон-
дентом.
Б. писал и прозу: <Воздушный путь. Книга
рассказов>, автобиографический роман <Под
новым серпом> (оба - Берлин, 1923), сборник
эссе на славянские темы <Соучастие душ> (Со-
фия, 1930). Публиковал этюды о писателях,
размышления о литературе, принимал участие в
литературных вечерах и юбилейных торжест-
вах. Выступая в клубе молодых литераторов в
Париже с обращением <К молодым поэтам>,
раскрывал <секреты> своего успеха. В речи о
Ф.Достоевском - <мученике глубин русского
духа> (1921) - говорил о <бесконечно-слож-
ной многогранной личности гениального ху-
дожника>, о том, каким образом писатель со-
здает <художественное вещество>, из которого
можно сделать <хлеб каждого дня> и <святей-
шие знамения, которые возникают в самом вы-
соком <таинстве нашей религии>. Мысли о ли-
тературе и писателях у Б. выражены образно,
слово эмоционально окрашено. <Узнав сам,
много раз, величайшую боль.., видевший смерть
лицом к лицу..., стоявший на эшафоте и считав-
ший секунды, отделяющие его от казни.., без
вины томившийся на каторге... - мог ли он не
знать, что есть в душах человеческих?>
В эссе о И.Тургеневе (из цикла <Мысли о
творчестве>, 1921) назвал его самым русским
из наших прозаиков, <лучше других постигшим
разлив родной речи и лучше всех других поняв-
шим основные черты нашего народа,
прихотливый ход нашей истории>; <Тургенев -
безупречный лик художника, воспринявший ис-
кусство как одну из граней вечности>; этот вол-
шебный сказочник, <давший неумирающую
жизнь всему рассказанному, спел такой гимн
русскому языку, что он будет жить до тех пор,
пока будет жить русский язык, значит, всегда>.
Вспоминая о Л.Толстом, которого он посетил
вместе с Чеховым в Крыму, Б. писал, что одним
простым вопросом Толстой умел, <как испове-
дальник, побудить к полной правде чужое
сердце и заставить его мгновенно раскрыться>.
<Видеть это лицо, полным внутреннего света, и
не любить его - было нельзя>. В литературное
наследие Б, входят также этюды о
Е.Баратынском, С.Аксакове: он оставил отзывы о
видных писателях зарубежья - А.Куприне, И.Бу-
нине, Д.Мережковском, Г.Гребенщикове и др.
Соотечественники в эмиграции замечали,
начиная с 1932, нарастание у поэта душевной
депрессии, которая в конечном счете
парализовала его мысль. Его дни закончились в
русском приюте в окрестностях Парижа.
Критика в зарубежье по-разному оценивала
творчество Б. в эмиграции и все его литератур-
ное наследие. <Это метеор, мерцавший обман-
чивым и неверным светом и исчезнувший, надо
полагать, навсегда>, - писал ГАдамович. Боль-
шую активность Б., несмотря на упадок сил в
конце жизни, отмечал Ю.Терапиано, хотя, по
его словам, в поэзии зарубежного периода Б,
<нет прежнего подъема и прежней вос-
торженности. Она суше, беднее>. Суд
современников над нею был строг, но <со
временем кто-нибудь откроет настоящего Баль-
монта, отбросив много лишнего и даже никчем-
ного>.
Соч.: Стихотворения, Л., 1969; Избранные стихи и
поэмы. Мюнхен, 1975; Избранное. М., 1990; Стихо-
творения. М., 1990; Золотая россыпь. Избр. переводы.
М., 1990; Где мой дом: Стихотворения, художественная
проза, очерки, письма. М., 1992.
Лит.: Пильский П.К, К.Д.Бальмонт: К 60-летию со
дня рождения // Сегодня, 1927, 4 июня; Адамович Г.
70-летие К.Д.Бальмонта // ПН, 1937, 17 июня; Цет-
лин М. Бальмонт // НЖ, 1943, № 5; Седых А. Баль-
монт // НЖ, 1958. № 55; Althaus-SchSbiicher S.
Konstantin D. Balmont. Bern, Frankfurt am Main, 1975;
Бальмонт E.A. Мои воспоминания о К.Д.Бальмонте //
Лит. Россия, 1987, № 12.
Е. Трущенко