Меню сайта

Календарь
«  Август 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031

Категории раздела
Религия, законы, институты Греции и Рима [46]
Древний город
Легенды Древнего Востока [48]
Награды [45]
Мифы и легенды Китая [60]
Язык в революционное время [35]
Краткое содержание произведений русской литературы [36]
Шотландские легенды и предания [49]
Будда. История и легенды [57]
Азия — колыбель религий, но она бывала и их могилой. Религии исчезали не только с гибелью древних цивилизаций, их сметало и победоносное шествие новых верований.' Одним из таких учений-завоевателей, распространившимся наиболее широко, стал буддизм...
Величие Древнего Египта [33]
Египет – единственная страна, наиболее тщательно исследованная современными археологами
История Нибиру [106]
Герои и боги Индии [32]
Индия помнит о своих великих героях
Зороастрийцы. Верования и обычаи [65]
Майя [87]
Быт, религия, культура.
Лошадь в легендах и мифах [52]
Мифология в Англии [66]
Легенды Армении [5]

Люди читают

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
            

Главная

Мой профильРегистрация

ВыходВход
Вы вошли как Гость | Группа "Гости"Приветствую Вас Гость | RSS


Мифы и предания


Пятница, 18.08.2017, 00:32
Только три года спустя сын Откеля в открытую стал выражать свою ненависть к Гуннару. Хотя Гуннар процветал, как прежде, он понимал, что многие родственники убитых им людей хотят, чтобы у него появилось побольше врагов. Говорили, что Гуннара съедает его собственная гордость, а Халльгерда чересчур заносчива. Мужчины склонны быстро превращать споры в ссоры, и Гуннар, каким бы миролюбивым он ни был, никогда не отступал, когда считал себя правым. Когда сын Откеля решил, что пришло время для мести, ему не составило большого труда собрать единомышленников и организовать заговор.
На этот раз суд приговорил Гуннара к крупному штрафу и трехлетнему изгнанию.
Обвиняемый согласился с решением без единого слова протеста.
– Это правильный приговор, – сказал его управляющий, возвращаясь с ним после суда. – За три года страсти утихнут. А ты и раньше уезжал на такое долгое время.
– Тогда я был моложе, – грустно ответил Гуннар. – Ты присматривал за моим хозяйством, и оно процветало. Сейчас мои сыновья слишком маленькие, чтобы управлять Халльгердой, и горе грозит моим слугам, если она сможет навязать им свою волю.
– Этого можно избежать, – сказал его друг. – Будь уверен, я сделаю все, что в моих силах.
– Я оставлю тебе все необходимые бумаги, – вздохнул Гуннар, – но это очень тяжелая работа.
Он больше не стал обсуждать эту тему и спокойно поскакал домой вместе с Кёльслеггом, который сражался рядом с ним и тоже был приговорен к изгнанию.
Братья спокойно обсудили хозяйственные дела. Гуннар объехал множество отдаленных мыз, повидался с их владельцами и поблагодарил за верную службу. Из каждой поездки он возвращался с тяжелым сердцем, но на следующий день снова отправлялся в путь, потому что у него было много друзей, с которыми он должен был попрощаться перед отъездом.
Наконец наступил день, когда Гуннар отправлялся в изгнание. Его люди вышли во двор. Он на прощание обнялся с каждым, затем резко повернулся, вскочил на коня и не оглядываясь галопом поскакал за Кёльслеггом.
Когда братья грустно ехали вдоль берега реки, конь Гуннара споткнулся и сбросил хозяина. Кёльслегг остановился и тревожно посмотрел на брата. Гуннар медленно поднялся и повернулся к Речному Склону.
– На моих полях зреет урожай, – тихо сказал он. – Сено сохнет на лужайках вокруг моего дома. Скот пасется у маленького ручья, а ивы на его берегах серебрятся в лучах солнца. Всю свою жизнь я любил Речной Склон, но никогда он не казался мне таким далеким. Я никуда не поеду, Кёльслегг.
– Мы должны ехать, – сказал его брат. – В противном случае на тинге следующим летом Гейр и Гицур объявят тебя преступником. Когда тебя можно будет убить, не боясь наказания, твои враги соберутся вместе и нападут.
– Я не поеду, – повторил Гуннар. – У меня большое хозяйство. Слуги меня любят. Никто не посмеет напасть на мой дом. Если же они убьют меня, я, по крайней мере, буду знать, что должен был погибнуть в изгнании, но этого не случилось. Это подсказывает мне сердце, когда я оглядываюсь назад, на свои поля.
– Тогда я должен ехать один, – сказал Кёльслегг, – потому что поклялся сделать это и не нарушу свою клятву. Но, брат, я не уверен, что вернусь, поскольку предчувствую, что ты погибнешь.
Гуннар повернул своего коня обратно, а Кёльслегг поскакал к берегу, но оба ехали медленно, так как знали, что больше никогда не увидятся.
Гейр и Гицур были уважаемыми людьми и не испытывали личной ненависти к Гуннару. Однако, когда Гуннар не подчинился приговору, они решили, что должны покончить с враждой навсегда. Они объявили Гуннара нарушителем закона и собрали его врагов, всего сорок человек, которые намеревались напасть на него при первой возможности. Мёрд оказался доносчиком. Как ближайший сосед, он следил за Гуннаром и его приближенными.
Наконец, это было следующей осенью, он сказал, что пришла пора, потому что люди Гуннара разъехались по своим островам. Там накопилось очень много сена, и для его уборки требовались рабочие руки. Гуннар, видимо посчитав себя в безопасности в собственном доме, остался. Он думал, что об этом никто не узнает, но Мёрд все узнал с помощью некоторых слуг.
– Итак, – сказал он, – если убрать сторожевую собаку, можно окружить дом Гуннара и напасть на него.
Незадолго до рассвета банда убийц остановилась на размытой дороге, ведущей в Речной Склон.
– Ступай, Торкелль, – прошептал Мёрд, – схвати собаку и приведи ее сюда. Твоя жизнь зависит от того, залает она или нет.
Торкелль был мелкий землевладелец, который дружил с Гуннаром. Он часто приезжал к нему в гости. Мёрд с сообщниками взяли его с собой, чтобы Торкелль убрал хозяйскую собаку. Он подчинился, опасаясь за свою жизнь, и пошел по дороге, хрипло окликая пса, который спал во дворе:
– Эй, Сэм. Добрый Сэм.
Торкелль услышал рычание собаки и позвал ее снова. Животное потянулось, зевнуло и, узнав друга, пошло ему навстречу. Торкелль попятился, испуганно оглядываясь по сторонам.
Они вышли на дорогу, когда кто-то закашлял. Пес остановился и зарычал.
– Эй, добрый Сэм! – снова сказал Торкелль, ожидая в любую секунду получить удар копьем в спину. Со злобным рыком пес бросился на предателя и вцепился ему в горло.
Торкелль споткнулся и упал, но подбежавший на помощь человек зарубил животное топором. Пес упал на землю со страшным воем. Люди переглянулись.
– Быстро! К дому! – крикнул Гицур. – Если Гуннар слышал вой, он мог убежать.
Дом Гуннара представлял собой большой зал с колоннами. Над залом располагалась мансарда с узкими окнами, где спали Гуннар, его мать и Халльгерда.
Гуннар проснулся от странного воя и сразу понял, что его собака погибла. Он быстро поднялся, взял лук, копье и встал в ожидании у окна.
Убийцы окружили дом, но держались на расстоянии, чтобы оставаться незамеченными. Они ждали, но все было тихо. Один человек подошел к Мёрду, стоявшему рядом с Гицуром, и прошептал:
– Двери закрыты решетками, но в доме, кажется, пусто. Ты уверен, что Гуннар дома?
– Откуда я знаю? – резко ответил Мёрд. – Может, он передумал и поехал на острова со своими людьми.
– Позволь мне забраться на крышу пристройки, – мягко предложил человек. – Если мне удастся добраться до верхнего окна, я смогу заглянуть внутрь.
Остальные сели на землю, а доброволец осторожно отправился вперед и начал карабкаться на низкую крышу, на которую падала густая тень.
Гуннар услышал приглушенный звук, когда человек добрался до края и ухватился за балку над головой. Красный плащ дюйм за дюймом приближался к окну. Гуннар выбрал время и изо всех сил нанес удар. Человек с тихим всхлипом отпустил балку и рухнул вниз.
Сидевшие на земле, плохо видевшие разведчика в темноте, решили, что он просто потерял равновесие. Они смотрели, как человек поднялся и поковылял обратно к Гицуру.
– Ну, дома Гуннар? – спросил тот.
– Его копье… дома, – выдохнул разведчик. – Остальное выясните… сами.
Он прижал руки к груди и упал на землю. Люди повскакивали с мест, подбежали к нему и в смятении обнаружили, что он мертв.
С яростными криками банда бросилась через двор к дому. Первый почти сразу упал, сраженный стрелой, а двое или трое споткнулись о его тело. Другой нападавший был ранен в плечо, еще один в руку, так что вся группа разбежалась по амбарам и пристройкам, чтобы найти под их крышами укрытие от стрел лучшего стрелка на севере.
Некоторые попытались предпринять второй штурм, даже произвели несколько выстрелов по узким окнам, но обе попытки провалились. Нападавшие не могли добраться даже до стены коридора, где могли скрыться от глаз Гуннара под низкой крышей. Никто не мог послать стрелу точно в узкое окно с такого расстояния. Но как только кто-нибудь из них высовывался из укрытия, его тут же поражал Гуннар.
– Мы должны сжечь дом! – крикнул Мёрд.
– Никогда! – возразил Гицур. – Это трусливый поступок для сорока мужчин, вышедших сражаться против одного.
– Тогда нам не остается ничего другого, как атаковать снова, – заметил Мёрд.
После этого наступила тишина.
– Смотрите! – вдруг крикнул Гицур. – Видите? Рука с золотым кольцом высунулась из окна и подобрала одну из наших стрел на крыше. У него кончаются стрелы, иначе Гуннар никогда бы не вышел из укрытия. Бежим к стене. Ему нечем стрелять.
Мужчины с громкими криками выскочили из сараев и пристроек. На этот раз они добрались до стены и укрылись от стрел, но по-прежнему не могли приблизиться к Гуннару, поскольку защищавшая их крыша скрывала и его. Выйти же на нее означало верную смерть.
– Дайте мне подняться! – крикнул наконец человек по имени Торбранд.
Он прислонил к стене доску, быстро взбежал по ней и оказался на крыше. Левой рукой Торбранд ухватился за стену для равновесия, а правой, в которой был меч, слепо ударил в окно, за которым стоял Гуннар. Тетива на луке Гуннара лопнула. Он бросил бесполезное теперь оружие, схватил копье и пронзил им противника. Тот упал с крыши.
Когда Торбранд упал, его брат Асбранд взбежал по доске и прыгнул на покатую крышу. Гуннар тоже встретил противника копьем, но у того был щит, которым он отразил удар и вцепился в балку. Копье все же пробило щит и попало в грудь Асбранду. Он упал на своего брата, и некоторое время под стеной царила тишина.
Гуннар на мгновение отвернулся от окна и оглядел комнату. Его мать лежала на кровати в углу, а Халльгерда застыла у стены. Гуннар был ранен в руку и бок, но двигался свободно. Стрелы лежали перед ним, а лук с порванной тетивой валялся там, где его бросил хозяин.
– Халльгерда, – произнес Гуннар, подумав даже в этот напряженный момент о красоте ее голубых глаз и длинных локонов, спадавших на колени. – Халльгерда, дай две пряди своих волос и помоги матери сплести из них тетиву.
Поиск

Популярные темы
Рождество Христово и гадания
Китайская мифология
Воспитание рыцаря
Велесова книга
Великий Устюг
Еруслан Лазаревич
Сколько слов в языке?
Колядование
Традиции гадания в праздники
Когда впервые появились книги?
ПРАКТИКА ПИРАМИД
Рождение, жизнь и смерть Осириса
Существуют ли сейчас семь чудес света

Вход на сайт


Свежие новости

Копирование материала запрещено © 2017