Меню сайта

Календарь
«  Март 2019  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Категории раздела
Религия, законы, институты Греции и Рима [46]
Древний город
Легенды Древнего Востока [48]
Награды [45]
Мифы и легенды Китая [60]
Язык в революционное время [35]
Краткое содержание произведений русской литературы [36]
Шотландские легенды и предания [50]
Будда. История и легенды [57]
Азия — колыбель религий, но она бывала и их могилой. Религии исчезали не только с гибелью древних цивилизаций, их сметало и победоносное шествие новых верований.' Одним из таких учений-завоевателей, распространившимся наиболее широко, стал буддизм...
Величие Древнего Египта [35]
Египет – единственная страна, наиболее тщательно исследованная современными археологами
История Нибиру [128]
Герои и боги Индии [36]
Индия помнит о своих великих героях
Зороастрийцы. Верования и обычаи [80]
Майя [88]
Быт, религия, культура.
Лошадь в легендах и мифах [66]
Мифология в Англии [77]
Легенды Армении [5]

Люди читают

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
            

Главная

Мой профильРегистрация

ВыходВход
Вы вошли как Гость | Группа "Гости"Приветствую Вас Гость | RSS


Мифы и предания


Вторник, 19.03.2019, 03:16
Не раз обращались поэты к тем лучезарным бичам, которыми маяки хлещут плоть океана, разрывая покровы тьмы. Самые восторженные поклонники были у маяков в эпоху романтизма, когда наш герцог Де Ривас воспевал свет Мальты; однако и в недалеком прошлом французский стихотворец Жан-Поль Туле пел нормандским и бретонским огням литанию с таким рефреном: «Но где ж маяк Александрии?» Александрийский маяк! Она действительно существовала, эта высокая башня, на которой разжигали костер, возвещавший о близости порта. Рассказывают удивительные вещи — якобы огонь был виден за сто миль благодаря чудесному зеркалу, одному из тех, что описывал Бернардо де Бальбуэна, певец Ла-Коруньи, Брана и Геркулесовых столпов:
То Лa-Корунья и ее большая башня
С волшебным зеркалом — плодом расчета, —
Что бригантине дарит гавань и спасает
Предупрежденьем и заботливым советом.
Огненные советы! За несколько ночей до прибытия в Александрию видели на кораблях этот заботливый луч. Чего только не говорили о нем; ходили слухи, что несравненный александрийский огонь похищен и теперь освещает какому-то кораблю дорогу во мраке бури или помогает разглядеть в заливе Большой Сирт самое дно жутких подводных пропастей, населенных чудовищами, или служит для измерения Левиафанова хребта (ведь надо убедиться, что это именно Левиафан, а не Сицилия, не Великая Греция). Мне часто приходит в голову такая мысль: когда волшебная лодка (мы, галисийцы, верим, что она была каменная) несла тело апостола Иакова из Яффы к низовьям реки Улья, в Средиземноморье еще жила греко-римская мифология — кони Посейдона, Сцилла, Харибда, сирены, чьи матери пели Одиссею, — и действовал Александрийский маяк с его сияющей дланью. Это был важнейший огонь классической древности, и, когда он погас, по сути, умер античный мир. Но, повторю, у Александрийского чуда был звездный час, в который он своим огненным перстом указал апостольской ладье дорогу на Запад; кони Посейдона спали, и лишь дельфины резвились в светящейся пене кильватера.
Долгие годы, читая самые разные тексты, эпические и поэтические, я выписывал все, что касалось маяков — кстати, многих из них не существовало в действительности, как, например, того, который возвещал норманнам, что они ровно в шестидесяти милях от расшитых золотом сапог константинопольского василевса. Бейнс утверждает, что маяком служила сама блестящая обувь императора. Когда византийский владыка хотел погубить норманнское судно, он скрещивал ноги, лучи пересекались, и легкий корабль северных бродяг разбивался на скалах какого-нибудь эгейского острова. Так поется в песнях, восходящих к саге о Греттире Силаче. Не существовало и большинства арабских маяков, по крайнем мере когда плавал Синдбад, корабельщик багдадского халифа. Мореходы, подобные Синдбаду, видели огненные сигналы всякий раз, когда хотели уточнить курс; в распоряжении арабов были не только указатели морских дорог, подводных камней и коралловых рифов, но и нечто такое, чего не ведали кормщики всего мира: огни, метившие пути ветров. Зеленый свет за Тапробаной сигналил о приближении мятежного ветра с Востока; оранжевый сообщал, что к парусам судов, державших курс на острова Пряностей или от них, рвется крепкий, молодой, свистящий юго-восточный ветер — надежный друг корабельщиков Басры. В легендах гаэльских кельтов тоже говорится о маяках — о кострах Брета О’Коальме (он был правнуком Лира, бога и короля моря), который жил на таинственном острове и, прыгая со скалы на скалу, зажигал огни; видели их только святые и короли, что плыли на Запад в поисках земного рая (как аббат Брендан) или (немного скромнее) к цветущим островам, стране вечной юности. При виде огней Брета воды успокаивались, и плавание было счастливым.
Перечислять все маяки было бы слишком долго; можно вспомнить тот огонь, что разжигали венецианцы на Кипре (по нему ориентировался Отелло, везя в каюте своего корабля белолицую, нежную и верную Дездемону), или тот, который горел в родной Померании Теодора Шторма, на холме возле дамб (за ними присматривал отец писателя).
— Он виден из Тильзита, папа?
— Все зависит от зрения того, кто смотрит.
Во Внутренней Галисии есть одиночные горы, высокие и очень своеобразные; их называют «фаро» (маяк): Фаро-де-Чантада, Фаро-де-Авьон… Может быть, народная фантазия видит в них указатели дорог, проложенных среди каменных волн? Кто бы мог предположить, что у берегов Миньо, на западной окраине мира, будет жить название острова в Александрийской гавани — Фарос, — где стоял знаменитый маяк…
У испанских авторов слово «faro» впервые встречается в 1611 году; Коваррубиас, никогда не видевший маяка, описывает его в традициях латинско-эллинских грамматик: «Башни… кои стоят у моря, ежели они крепкие и видные, зовутся faro».
Нашему филологу не довелось увидеть с моря отраженный зеркалом огонь. Что бы он сказал, очутившись ночью на палубе корабля и столкнувшись взглядом с лучом маяка где-нибудь у Экмюля, Финистерре или Коррубедо? В одной старинной галисийской песне влюбленная девушка жалуется:
О faro de Corrubedo
со seu ollar largacio,
ai amor puxome medo!7
Мой любимый маяк — тот, что однажды летним вечером я, тогда еще мальчик, впервые увидел с палубы корабля недалеко от Фоса; это был маяк Тапия-де-Касарьего, ласкающий небеса и моря Астурии; я принял его за Бога.
Поиск

Популярные темы
Существуют ли сейчас семь чудес света
Религия Древней Греции кратко
Утрата и ломка вещей
БЕНУА Александр Николаевич
Колядование
Влияние имени на судьбу человека. Как выбрать правильное имя для малыша?
Василий Васильевич Докучаев
Китайские драконы
Народные приметы про вербное воскресенье
Что делать, если неудачи стали неотъемлемой частью жизни..
Знамения и знаки
Еруслан Лазаревич
Шива и божественные мудрецы в Химавате

Вход на сайт


Свежие новости

Копирование материала запрещено © 2019